Чтение книги: Игроки с Титана

– Давайте взглянем на имя последнего Байндмена, – сказал он, просматривая страницы. – Уолтер Ремингтон; тот, кто выиграл Беркли прошлой ночью, а потом сразу же продал. А до него – парень по имени Питер Гарден. Я бы не удивился, узнав, что этот Питер сейчас зол как черт или будет зол, когда узнает о сделке. Вероятно, он рассчитывает отыграться.

Но он никогда этого не сделает, подумал Лакмен. Не со мной.

– Вы собираетесь лететь туда? – спросил Сид.

– Да, собираюсь, – ответил Лакмен. – Как только соберу свои вещи. Я сделаю из Беркли загородную резиденцию. Полагаю, мне там понравится, при условии, что жилье не совсем ветхое. Единственное, чего я не выношу в городе – так это ветхости, я ничего не имею против пустых городов.

Но не когда от них разит ветхостью. Лакмен вздрогнул. Если и существовало то, что он назвал невезением, так это пришедший в упадок город, как и многие южные города. В молодости он владел несколькими городками в Северной Каролине. И никогда не забудет этот «чудесный» опыт.

– Могу я временно управлять здесь всем, пока вас не будет? – спросил Сид.

– Конечно, – улыбаясь, ответил Лакмен. – Я выпишу тебе доверенность на золотом пергаментном свитке и запечатаю его красным воском и лентой.

– Правда? – неуверенно глядя на него, спросил Сид.

Лакмен рассмеялся:

– Тебе бы это понравилось. Ты любишь пышные церемонии. Как Пух-Ба в Микадо. Почетный Байндмен Нью-Йорка. Верно?

– Чтобы получить эти земли, вы чертовски упорно трудились почти шестьдесят пять лет, – покраснев, ответил Сид.

– Это входило в мою социальную повестку, – сказал Лакмен. – Когда я получил право собственности, здесь было всего несколько сотен человек. А теперь посмотрите на население. Я лишь косвенно направлял их, поощрял не имеющих земель людей играть, играть лишь для выживания, размножения и поиска партнеров, разве не так?

– Конечно, мистер Лакмен, – согласился Сид.

– В итоге мы подобрали много фертильных пар, которые в противном случае никогда бы не встретились, так?

– Все верно, – кивнул Сид. – Вы практически в одиночку восстанавливаете человеческую расу.

– Не забывай об этом, – сказал Лакмен. Наклонившись, он взял одну из своих кошек по кличке Мэнкс. – Возьму тебя с собой, – обратился он к кошке. – Возьму шесть, а может, и семь кошек. На удачу.

И чтобы не оставаться одному, мысленно добавил он. На Западном побережье Лакмена не любили; он не хотел, чтобы местные, не входившие в Б-класс, здоровались с ним каждый раз, когда он осмеливался выходить. При мысли об этом ему стало грустно. «Но, – подумал он, – после того, как я поживу там некоторое время, я отстрою его, как когда-то отстроил Нью-Йорк; город перестанет пустовать, его прошлое останется прошлым».