Восьмой издал странный смешок, а Соджун, подавившись, закашлялся и Даная заботливо постучала его по спине. Мира же сочувствующе посмотрела на брата, не зная, как ему помочь. А Сол тем временем, держась одной рукой за спинку стула, а второй потирая травмированную лодыжку, простонал:
– Чтоб у тебя батарея села, зараза!
Хлоя собралась что-то сказать, то ли в защиту своего подопечного, то ли наоборот, но тут на опоссума маленьким смерчем накинулся не кто иной, как Пуся. Он спрыгнул со стула и подбежал к роботу.
– Я так и знал, что от тебя будут одни неприятности! – прокричал он, тыкая пальцем в морду опоссума. – Срочно извинись!
– И не подумаю, – хмыкнул робот, сложив лапы на груди и демонстративно отвернувшись.
Пуся взревел зверем и повалил обидчика на пол. Но тот оказался не промах, и в воздух полетели клочки шерсти. Послышался писк, визг и отборная ругань. Два робота, словно сумасшедшие, сцепившись намертво, катались по полу. И пока все пытались сообразить, как их разнять, события набирали обороты. Роботы бились не на жизнь, а на смерть.
– Крыса ты подзаборная, я тебе покажу, как моих друзей обижать! – орал Пуся.
– Пусть не распускает на мою хозяйку ноги!
– Какие ноги?! Урод недоделанный!
– Сам урод! Это было на моих глазах!
– Я тебе сейчас эти глаза и выколю! Чтобы не смотрел куда не надо!
– А я твои микросхемы сожгу, чтобы не лез!
– Хвост твой поганый отгрызу!
– Хребет вырву!
Послышались характерные звуки электрошокеров, затем полетели искры, и неизвестно, чем бы всё это закончилось, если бы на этот спутанный клубок ненависти не вылилось целое ведро воды. Роботы отпрыгнули друг от друга.
– В моём доме, – чётко выговорила Даная, – дурацких драк не будет. И так в последнее время слишком много крови было на этом несчастном ковре, – сказала она и с достоинством убрала большую посудину, из которой так эффектно окатила двух дерущихся.
– Я прошу прощения, – проговорила Хлоя в наступившей тишине. – С Прим такого ещё никогда не случалось.
– Наверное, бешенством заразился, – проворчал Пуся, отплёвываясь от воды и кусков шерсти.
– Сам ты заразный! – не остался в долгу опоссум.
– Уймитесь! – прикрикнул на них Восьмой.
– Пусечка, ты не пострадал? – подбежала Вилора к мокрому, словно мышь, роботу.
Тот сразу растерял свой боевой настрой и поднял на девушку свои невинные, словно у ангела, глаза.
– Ты цел? – ощупывала его Вилора.
Хлоя подняла с пола своего подопечного и, взяв из рук Данаи полотенце, попыталась его обтереть.
– Они же от этого не испортятся? – спросила расстроенная произошедшим Даная. – Извините за такие кардинальные меры, но надо же было их как-то остановить.
– Не переживай, – ответила Хлоя, – ничего такого с ними не случится. Они рассчитаны даже на длительное нахождение в воде.
– Тогда почему он потерял сознание?! – вскричала Вилора, поймав в свои руки, вдруг, завалившегося на бок Пусю.