Чтение книги: Гарри Поттер и узник Азкабана

В общей гостиной грохотало сильнее. Гарри понимал, что игру не отменят; из-за ерундовой грозы – никогда. И все-таки он сильно тревожился. Древ как-то показал ему в коридоре Седрика Диггори; тот учился в пятом классе и был гораздо крупнее Гарри. Обычно Ловчими назначали легких и быстрых игроков, но в такую погоду вес, несомненно, даст Диггори ощутимое преимущество – меньше вероятность, что его сдует с курса.

До рассвета Гарри просидел в кресле у камина, периодически вставая и оттаскивая Косолапсуса от лестницы в спальню мальчиков. После томительного ожидания он наконец решил, что уже должны были подать завтрак, и одиноко направился к дыре за портретом.

– Остановись и прими бой, шелудивая деревенщина! – заорал сэр Кэдоган.

– Да заткнись ты, – зевнул Гарри.

Над большой тарелкой овсянки он немного оживился, а когда приступил к гренкам, подтянулись и остальные игроки.

– Тяжеленько нам придется, – сказал Древ. Он ничего не ел.

– Да не волнуйся, Оливер, – утешила его Алисия, – подумаешь, какой-то дождик.

Но, к сожалению, то был не просто «какой-то дождик». Конечно, из-за популярности квидиша смотреть матч собралась вся школа, но от замка к полю школьники бежали, пригнув головы под ураганным ветром и вцепившись в зонтики, то и дело улетавшие из рук. Входя в раздевалку, Гарри увидел, что Малфой, Краббе и Гойл смеются и показывают на него пальцами. Сами они шли на стадион под широченным зонтом.

Гриффиндорская команда переоделась в малиновую форму и ждала, когда Древ толкнет ободряющую речь, но так и не дождалась. Древ несколько раз пробовал заговорить, но лишь чуднó булькал, потом безнадежно тряхнул головой и поманил за собой игроков.

Ветер был так силен, что по дороге к стадиону ребят сносило. Если с трибун и долетали приветственные крики, их заглушали громовые раскаты. Дождь залеплял очки. И как, спрашивается, Гарри разглядеть Проныру?

К ним через поле приближались хуффльпуффцы в канареечных мантиях. Капитаны сошлись и обменялись рукопожатиями; Диггори улыбнулся Древу, но у того, похоже, свело челюсти – он едва кивнул. Гарри увидел, как на губах мадам Самогони складываются слова: «По метлам». Он вытянул правую ногу из разлезшейся глины – чавк! – и перебросил через древко. Мадам Самогони поднесла свисток к губам и с силой дунула. Свисток прозвучал пронзительно и как будто издалека. Игроки взлетели.

Гарри быстро набирал высоту, но «Нимбус-2000» на ветру слегка заносило. Стараясь держать метлу ровно, он развернулся и сощурился, всматриваясь в пелену дождя.

За каких-нибудь пять минут Гарри вымок до нитки, закоченел и не то что Проныру – игроков своей команды не различал. Он летал взад и вперед вдоль поля среди размытых малиновых и желтых пятен и слабо себе представлял, как идет игра. Комментатора не было слышно за шумом бури. Публика пряталась под плащами и истрепанными зонтиками. Вода так залепила очки, что Гарри не видел Нападал, и они дважды чуть было не скинули его с метлы.