Чтение книги: Гарри Поттер и узник Азкабана

– Добро пожаловать в прорицательский класс, – произнесла профессор Трелони, устроившись в кресле перед камином. – Меня зовут профессор Трелони. Вполне возможно, вы со мной еще не встречались. По моему убеждению, слишком частые визиты вниз, в суету и маету главного здания, затуманивают мой Внутренний Взор.

На столь экстраординарное заявление никто ничего не ответил. Профессор Трелони изящно поправила шаль и продолжила:

– Итак, вы решили изучать прорицание, сложнейшее из всех колдовских искусств. Я должна предупредить: если вам не дано Видеть, я смогу обучить вас лишь очень и очень немногому. Книги… книги не помогут зайти дальше определенной грани…

Гарри с Роном, широко ухмыляясь, взглянули на Гермиону. Известие о том, что книги здесь мало чем помогут, девочку, похоже, ошарашило.

– Многие колдуны и ведьмы, сколь бы ни были талантливы в сфере взрывов, запахов и внезапных исчезновений, все же не обладают способностью проникать сквозь туманную завесу грядущего, – монотонно бубнила профессор Трелони, мерцающим взором скользя по встревоженным лицам. – Это Дар, данный избранным. Вот ты, мальчик, – внезапно обратилась она к Невиллу, и тот чуть не упал с пуфика. – Твоя бабушка здорова?

– Наверно, – дрожащим голосом ответил Невилл.

– На твоем месте я бы не была так уверена, – сказала профессор Трелони, и огонь камина сверкнул, отразившись в ее длинных изумрудных серьгах. Невилл громко сглотнул. Профессор Трелони как ни в чем не бывало продолжила: – В этом году мы будем изучать основные методы прорицания. Первый триместр мы посвятим гаданию на чайной гуще. А в следующем перейдем к хиромантии. Между прочим, тебе, милая, – вдруг выпалила она, обращаясь к Парвати Патил, – стоит остерегаться рыжеволосого мужчины.

Парвати испуганно глянула на Рона, сидевшего у нее за спиной, и отодвинула стул подальше.

– Во втором триместре, – продолжила профессор Трелони, – мы перейдем к хрустальному шару, если, конечно, успеем закончить огненные знамения. В феврале, к несчастью, занятия будут прерваны из-за эпидемии гриппа. Лично у меня пропадет голос. А в районе Пасхи один из нас покинет класс навсегда.

Повисло очень напряженное молчание, но профессор Трелони будто и не заметила.

– Деточка, – обратилась она к сидевшей ближе всех Лаванде Браун, и та вжалась в кресло, – не могла бы ты передать мне самый большой серебряный чайник?

Лаванда с облегчением встала, сняла с полки гигантский чайник и поставила на стол перед преподавательницей.

– Благодарю, милая. Кстати, событие, которое тебя страшит, произойдет в пятницу, шестнадцатого октября.

Лаванда содрогнулась.