Чтение книги: Гарри Поттер и узник Азкабана

У того на лице не отражалось ровным счетом ничего. Несколько секунд он вообще не шевелился. Затем очень медленно поднял руку и показал на Рона. Озадаченный Гарри тоже туда посмотрел. Рон совершенно растерялся.

– Но тогда… – пробормотал Люпин, пристально глядя на Блэка, словно пытался прочесть его мысли, – …почему он не показался раньше? Если только, – глаза у Люпина вдруг расширились, будто он увидел что-то незримое сквозь Блэка, – если только это не … если вы не передумали… а мне не сказали?

Очень-очень медленно, не отводя запавших глаз от Люпина, Блэк кивнул.

– Профессор, – громко перебил Гарри, – что вообще?..

Но он не успел договорить – от того, что он увидел, язык прилип к нёбу. Люпин опустил палочку. Подошел к Блэку, схватил его за руку и вздернул на ноги. Косолапсус свалился на пол. Люпин обнял Блэка, как брата.

У Гарри словно земля разверзлась под ногами.

– ЧТО?! – закричала Гермиона.

Люпин отпустил Блэка и обернулся. Гермиона вскочила и с диким видом тыкала пальцем в Люпина:

– Вы… вы…

– Гермиона…

– … вы и он!

– Гермиона, успокойся!

– Я никому не говорила! – завопила она. – Я вас покрывала…

– Гермиона, послушай меня, пожалуйста! – закричал Люпин. – Я все объясню!..

Гарри затрясся, но не от страха – с новой силой накатил гнев.

– Я вам доверял! – закричал он, и голос его сорвался. – А вы все это время были ему другом!

– Ты ошибаешься, – возразил Люпин. – Я не был ему другом двенадцать лет, но сейчас – да, я его друг… Дай мне объяснить…

– НЕТ! – завизжала Гермиона. – Гарри, не верь ему, это он помогал Блэку попасть в замок, он тоже хочет тебя убить –

Воцарилась звенящая тишина. Все взгляды обратились к Люпину – тот сохранял замечательное спокойствие, хотя и побледнел.

– Совсем не в твоем духе, Гермиона, – сказал он. – Боюсь, всего одно попадание из трех. Я не помогал Сириусу попасть в замок и безусловно не хочу убивать Гарри… – Странная дрожь пробежала по его лицу. – Не стану отрицать, однако, что я оборотень.

Рон предпринял доблестную попытку подняться, но снова упал, вскрикнув от боли. Люпин в тревоге шагнул было к нему, но Рон выдохнул:

– 

Люпин застыл. Затем, явно через силу, спросил у Гермионы:

– Давно ты знаешь?

– Сто лет, – шепотом ответила она. – С тех пор как написала сочинение для профессора Злея…

– Он был бы в восторге, – холодно заметил Люпин. – Он и задал его в надежде, что вы разгадаете мои симптомы… Ты, видимо, сверилась с картой луны и поняла, что я всегда болен в полнолуние? Или сообразила, что вризрак при виде меня превратился в луну?

– И то и другое, – тихо произнесла Гермиона.

Люпин выдавил смешок.

– Ты самая умная ведьма среди своих сверстниц.

– Ничего подобного, – прошептала Гермиона. – Будь я чуточку умнее, я бы всем рассказала, кто вы такой!

– Но все и так знают, – сказал Люпин. – По крайней мере, учителя.

– Думбльдор взял вас на работу, зная, что вы – оборотень? – задохнулся Рон. – Он что, псих?