Чтение книги: Гарри Поттер и узник Азкабана

В то утро в общей гостиной «Гриффиндора» с духом Рождества дела обстояли туго. Гермиона заперла Косолапсуса в спальне, но злилась на Рона за то, что хотел пнуть кота; Рон, в свою очередь, ярился, поскольку Косолапсус снова пытался съесть Струпика. В конце концов Гарри оставил надежду их помирить. Он сосредоточился на «Всполохе», который принес с собой из спальни. Отчего-то Гермиону раздражало и это; она, правда, помалкивала, но мрачно косилась на метлу, будто та тоже критиковала кота.

Они спустились в Большой зал к обеду и обнаружили, что столы колледжей отодвинуты к стенам, а в центре стоит один-единственный стол на двенадцать персон. За ним уже сидели профессора Думбльдор, Макгонаголл, Злей, Спарж и Флитвик, а также смотритель Филч, который снял свою извечную коричневую куртку и облачился в замшелый фрак. Учеников за столом было всего трое: два перепуганных первоклассника и угрюмолицый слизеринец из пятого класса.

– С Рождеством! – сказал Думбльдор Гарри, Рону и Гермионе. – Нас слишком мало, глупо было накрывать столы как обычно… Садитесь, садитесь!

Ребята расселись рядком в конце стола.

– Хлопушки! – с воодушевлением объявил Думбльдор и протянул Злею большую серебряную хлопушку.

Тот неохотно потянул. Раздался грохот, подобный пушечному выстрелу, хлопушка распалась, и из нее вылетела большая остроконечная шляпа с чучелом ястреба.

Гарри, вспомнив вризрака, переглянулся с Роном, и оба ухмыльнулись. Злей поджал губы, подтолкнул подарочек к Думбльдору, и тот с охотой заменил им свою колдовскую шляпу.

– Налетайте! – сказал он, лучась и сияя.

Пока Гарри угощался жареной картошкой, двери отворились. Вошла профессор Трелони и, словно на колесах, заскользила к столу. По торжественному случаю она надела зеленое платье с блестками и еще больше смахивала на сверкающую гигантскую стрекозу.

– Сибилла, какой приятный сюрприз! – воскликнул Думбльдор, вставая.

– Мне, к моему величайшему удивлению, директор, довелось узреть в хрустальном шаре, – поведала профессор Трелони самым загадочным и загробным голосом, – что я оставила свою одинокую трапезу и присоединилась к вам. Кто я такая, чтобы сопротивляться велению судьбы? Я немедленно покинула свою обитель и покорнейше прошу извинить меня за опоздание…

– Конечно, конечно, – ответил Думбльдор, блестя глазами. – Позвольте за вами поухаживать. Вот вам стул…

И он волшебной палочкой нарисовал в воздухе стул. Тот покачался над полом и с грохотом приземлился между Злеем и Макгонаголл. Профессор Трелони, однако, не спешила сесть; огромные глаза пробежали по собранию – и прорицательница испустила тихий вопль.

– Я не смею, директор! Если я сяду к вам, за столом нас окажется тринадцать! Какое несчастливое знамение! Не забывайте: когда тринадцать человек едят за одним столом, первый, кто встанет с места, первым и умрет!

– Ничего, мы рискнем, Сибилла, – нетерпеливо оборвала ее профессор Макгонаголл. – Садитесь, не то индейка совсем остынет.