— Либо… — Фаджу явно неприятно было об этом говорить. — Нет, лучше повременить с выводами до тех пор, пока я не увижу место, где это произошло. Вы, кажется, сказали, что около кареты Шармбатона? Дамблдор, что вы скажете об этой женщине?
— Она хороший директор, и она замечательно танцует.
— Будет вам, Дамблдор, в самом деле! — рассердился Фадж. — Можно подумать, если она нравится Хагриду, так она и впрямь безобидна. Они далеко не все такие уж безобидные. И ваш Хагрид, кстати, тоже — с его пристрастием ко всяким чудовищам…
— Мадам Максим я подозреваю не больше, чем Хагрида, Корнелиус. А в вас просто-напросто говорит предубеждение, — как и прежде, спокойно сказал Дамблдор.
— Не пора ли нам закругляться? — вмешался Грюм.
— Да, верно, пойдёмте прогуляемся, — подхватил мысль Грюма Фадж.
— Я не про то. Дамблдор, Поттер за дверью, хочет поговорить.
Дверь кабинета открылась.
— Здравствуй, Поттер, — сказал профессор Грюм. — Проходи.
Гарри вошёл. Он уже был однажды в кабинете у Дамблдора — красивой круглой комнате, стены которой увешаны крепко спящими портретами прежних директоров и директрис. Грудь у них мерно вздымалась и опускалась.
Корнелиус Фадж, с нежно-зелёным котелком в руках и, как обычно, в полосатой мантии, стоял у стола Дамблдора.
— Гарри! — радостно воскликнул Фадж, шагнув ему навстречу. — Как дела?
— Хорошо, — солгал Гарри.
— Мы обсуждаем ту ночь, когда мистер Крауч оказался на территории замка, — продолжил Фадж. — Это ведь ты его нашёл?
— Да, — кивнул Гарри. Притворяться, будто он не слышал их разговор, бессмысленно, и он добавил: — Но мадам Максим я не заметил, а ей не так-то легко спрятаться.
Дамблдор, блеснув глазами, улыбнулся ему из-за спины Фаджа.
— В общем, да, — слегка смутился Фадж. — Мы собираемся сейчас прогуляться вокруг замка, Гарри… может, тебе вернуться пока в класс…
— Я хотел поговорить с вами, профессор, — быстро сказал Гарри, глядя на Дамблдора.
Директор бросил на него испытующий взгляд:
— Подожди меня здесь, Гарри. Осмотр территории не займёт много времени.
Они молча вышли из комнаты и затворили за собой дверь. Прошла минута-другая. Стук деревянной ноги Грюма удалялся по коридору этажом ниже. Скоро всё стихло, и Гарри огляделся.
— Привет, Фоукс, — сказал он.
Фоукс, феникс величиной с лебедя, сидел на золотой жёрдочке рядом с дверью, сияя алым оперением с лимонной подпушкой. Взмахнув длинным хвостом, он приветливо посмотрел на Гарри.
Гарри уселся в кресло перед столом Дамблдора и невидящим взглядом уставился в портреты прежних директоров и директрис Хогвартса. Они мирно посапывали в своих рамах. Гарри размышлял над только что услышанным и машинально потирал рукой шрам. Шрам больше не болел.