Держаться рядом с Хагридом было очень и очень непросто, особенно из-за веток и колючих кустов: лесничий обращал на них не больше внимания, чем на обыкновенную паутину, но Гарри и Гермиона часто запутывались в них так основательно, что им приходилось возиться по нескольку минут, высвобождая свои мантии. Вскоре руки и ноги Гарри покрылись мелкими порезами и царапинами. Теперь они забрались в такую глушь, что Гарри различал в полумраке только огромный силуэт Хагрида, топающего впереди. Каждый звук в ватной лесной тишине казался угрожающим. Маленькие сучки ломались с громким треском, а любой едва слышный шорох в кустах, пусть даже производимый какой-нибудь безобидной пташкой, заставлял Гарри опасливо вглядываться в полутьму. Он вдруг сообразил, что никогда ещё не заходил так далеко в Лес, не встретив ни единого живого существа, и это отсутствие живности показалось ему зловещим.
— Можно мы зажжём палочки, Хагрид? — тихонько спросила Гермиона.
— Валяйте, — шепнул Хагрид. — Честно говоря…
Внезапно он остановился и обернулся. Гермиона наткнулась на него и чуть не упала. Гарри вовремя поймал её.
— Лучше постоим тут минутку, чтобы я мог… ну, растолковать вам, что к чему, — сказал Хагрид. — В смысле, пока мы ещё не дошли до места.
— Ладно! — сказала Гермиона. Они с Гарри пробормотали , и на концах их палочек вспыхнули огоньки. Лицо Хагрида выступило из полутьмы в свете двух дрожащих лучей, и Гарри снова поразился тому, какое оно тревожное и грустное.
— Ну вот, — сказал Хагрид. — Понимаете… вся штука в том…
Он шумно вздохнул.
— В общем, очень может быть, что не сегодня завтра я вылечу с работы, — сказал он.
Гарри и Гермиона посмотрели друг на друга, затем снова на него.
— Но тебя ведь до сих пор не выгнали, — осторожно заметила Гермиона. — Так почему ты решил…
— Амбридж считает, это я пустил нюхлера к ней в кабинет.
— А разве это не ты? — невольно вырвалось у Гарри.
— Конечно нет! — с негодованием сказал Хагрид. — Просто если где замешаны волшебные существа, она сразу думает, что без меня дело не обошлось. Вы же знаете — с тех пор как я вернулся, она только и ждёт повода, чтоб меня уволить. Я-то, понятно, уходить не хочу, но кабы не… кабы не особые обстоятельства, про которые я вам сейчас всё растолкую, я бы лучше ушёл сам и не ждал, покуда меня выгонят на глазах у всей школы, как Трелони.
И Гарри, и Гермиона попытались было что-то возразить, но Хагрид отмахнулся от их протестов огромной ручищей.