Чтение книги: Хроники Нарнии

Глава вторая Дигори и его дядя Случилось это так неожиданно и так походило на страшный сон, что Дигори вскрикнул. Дядя Эндрю зажал ему рот рукой, прошипел: – Не смей! – и прибавил помягче: – Не шуми, твоя мама услышит. Зачем её пугать? Дигори говорил потом, что его просто затошнило от такой подлой уловки, но, конечно, кричать он больше не стал. – То-то, – сказал дядя. – Ничего не поделаешь, каждый бы удивился. Я и сам удивился вчера, когда исчезла свинка. – Это вы и кричали? – спросил Дигори. – Ах, ты слышал? Ты что, следил за мной? – Нет, – сердито сказал Дигори. – Объясните, что с Полли! – Поздравь меня, мой мальчик, – сказал дядя Эндрю, потирая руки. – Опыт удался. Девочка исчезла… сгинула… в этом мире её нет. – Что вы с ней сделали?! – Послал… э… в другое место. – Не понимаю, – сказал Дигори. Дядя Эндрю опустился в кресло. – Что ж, я тебе объясню. Ты слышал когда-нибудь о мисс Лё Фэй? – Она наша двоюродная бабушка? – припомнил Дигори. – Не совсем, – сказал дядя Эндрю, – она моя крёстная. Вон её портрет, смотри. Дигори посмотрел и увидел на выцветшей фотографии старую даму в чепце. Теперь он вспомнил, что такой же портрет видел ещё дома, в комоде, и спросил маму, кто это, и мама почему-то замялась. Лицо было неприятное, но кто его знает, на этих старинных фотографиях… – Кажется… кажется, она была… не совсем хорошая? – Ну, – ответил дядя Эндрю, – это зависит от того, что называть хорошим. Люди узко мыслят, мой друг. Да, странности у неё были. Бывали и… чудачества. Иначе её не поместили бы… – В сумасшедший дом? – Нет, нет, нет! – Дядя был шокирован. – Ничего подобного! В тюрьму. – Ой! А за что? – Бедная женщина! – со вздохом проговорил дядя. – Не хватило благоразумия… Но не будем в это вдаваться. Ко мне она всегда была добра. – Да при чём тут это! – воскликнул Дигори. – Где Полли? – Всё в своё время, мой друг. Мисс Лё Фэй выпустили, и после этого она почти никого не хотела видеть. Я был из тех немногих, кого она ещё принимала. Видишь ли, её стали раздражать ординарные, скучные люди. Собственно, они раздражают и меня. Кроме того, у нас с ней были общие интересы. За несколько дней до смерти она велела мне открыть тайничок в её шкафу и принести маленькую шкатулку. Как только я эту шкатулку тронул, сразу почувствовал – да, просто пальцами, – что в моих руках огромная тайна, ну а когда принёс, она отдала мне её и приказала, не открывая, сжечь сразу после её смерти с определёнными церемониями. Конечно, я этого не сделал. – И очень плохо, – сказал Дигори. – Плохо? – удивился дядя. – А, понимаю! По-твоему, надо выполнять обещания. Резонно, резонно, вот ты и выполняй. Но сам посуди: такие правила хороши для слуг, детей, женщин, вообще для людей, но не для великих учёных, мыслителей и мудрецов. Нет, Дигори. Те, кто причастен к тайной мудрости, свободны и от мещанских правил, и от мещанских радостей. Судьба наша, мой мальчик, возвышенна и необычна. Удел наш высок, мы одиноки…