Чтение книги: Мы были в Советском Союзе

Признаваться, конечно, нельзя ни в коем случае, но и уходить отсюда тоже не хочется. Да и куда мы пойдем на ночь глядя? Нас в этом городе нигде не ждут! Надо доходчиво объяснить Вере Андреевне, что Виктор – а для нее он просто незнакомый молодой человек с дискотеки – дружить с ней категорически не желает, и баста! Good bye! Свой план я изложил Виктору. Он с надеждой посмотрел на меня: – Ты думаешь, поможет? – Обязательно! Скажи ей прямо и без обиняков, как в той песне: женщина, я не танцую! И все дела! – Пожалуй, ты прав, – Виктор вздохнул, поправил на носу очки. – Ладно, пойдем наверх… Однако пойти мы никуда не успели. На лестнице послышался какой-то подозрительный шум, затем крик: «Вот он!» – и в нашу сторону решительными шагами направились трое парней. «Ну вот опять, – с досадой подумал я. – Ну что это, блин, за дискотека такая! Постоянно какие-то скандалы… И как они в этом своем Советском Союзе живут, не представляю! Вечером никуда сходить нельзя!» Парни подошли к нам и остановились в двух шагах, сверля нас злыми глазами. Все трое были пьяны, однако на ногах держались твердо. Вперед выдвинулся небольшого роста крепыш с редкими светлыми усами. – Эй ты, очкарик хренов, – крикнул он грозно Виктору, – звездюлей получить захотел? Сейчас я тебе это устрою! – За что? – удивился Виктор. – Он еще спрашивает, гад! Ты зачем к Верке лезешь? – Я? К Верке? Какой Верке? Ах, ты вон про что! Да никто ни к кому не лезет, просто потанцевали один раз, и все. Или это запрещено? – Ах, ты гондон вонючий! – заорал крепыш, хватая Виктора за отвороты пиджака. – Я тебе сейчас потанцую! Я тебе, скотина, всю рожу растворожу! К моему удивлению, Виктор никак не защищался, позволяя дергать себя во все стороны так, что голова его болталась, как у китайского болванчика. «Ну что же, – мелькнула у меня в голове отчаянная мысль, – как говорится, сиди не сиди, а драку начинать надо!» Сжав кулаки, я сделал шаг вперед и тут же был схвачен товарищами крепыша, которые вцепились в меня, как два бульдога. Шаркая подошвами по полу, хрипя и ругаясь, мы начали толкаться. Вокруг нас быстро собиралась толпа. В пылу борьбы я бросил быстрый взгляд в сторону друга. Крепыш, продолжая удерживать Виктора одной рукой за отворот пиджака, другой вдруг размахнулся и ударил его по лицу. Виктор вскрикнул, схватился за ушибленную щеку. – Батя! Не надо! Крепышу такая фамильярность явно не понравилась. – Как ты назвал меня, гад? Батя? – заорал он, замахиваясь для нового удара. – Я тебе сейчас, сынуля, такого «батю» покажу, что ты у меня всю жизнь на таблетки работать будешь! Не знаю, чем закончилась бы вся эта история, если бы не Вася Венерицын. Он, как ангел мщения, вылетел из курилки и сходу врезался в схватку. Подскочив к моим обидчикам, он влепил одному из них звонкую оплеуху, другого ударил в живот, и я почувствовал, как цепкие руки, державшие меня, разжались. Но Вася не собирался останавливаться на достигнутом. В следующее мгновение он уже был возле крепыша. Удар! Еще удар!