– Мисс Прайд, к нам вот-вот явятся с сывороткой, которая превратит нас в кастратов, а вас волнует мой выбор выражений? Правда? – он замотал головой, отчаянно силясь найти слова, чтобы достучаться до нее, поделиться с ней своими тревогами. – Вот смотрите. Я рассказал вам, каково это – летать. Джей тоже может летать, и полет должен вызывать у него те же чувства, что и у меня. Наверняка. Иначе и быть не может. Но он согласен вот так запросто взять да и отказаться от всего этого! То есть я вот о чем. Если сила мутанта – в том, что кожа у него красная, и шелушится, и все время чешется – отмирает, осыпается, восстанавливается, и все по новой, и ему постоянно – каждый день и каждый час – больно… Окей, да, его можно было бы понять. Такого мутанта это средство вытащило бы из его личного ежедневного ада. Прекрасно. Никто в здравом уме не сказал бы ни слова против. Но есть и Джей, и не только он – я знаю, слышал, как они говорили об этом… Я что хочу сказать? Да, я понимал, что все это – голограмма, но когда этот Страж вломился в зал… Б-р-р-р! Вы готовите нас к жизни в мире, где на нас охотятся гигантские роботы и злые мутанты. Как думаете, сколькие теперь скажут: «Да катись оно все, лучше просто стану нормальным, и всем этим тварям незачем будет меня убивать»?
– Но злые мутанты никуда не денутся, – продолжила Китти. – А вот те, кто примет лекарство, больше не смогут защитить от них ни себя ни других.
– Точно, – подхватил Эдвард. – А это значит, правительство начнет охоту на злых мутантов, чтобы избавиться от них. Чтобы они больше никому не причинили вреда. А знаете, что будет дальше? Начнется охота на всех мутантов – а вдруг кто-нибудь из добрых обратится к злу и будет представлять собой угрозу? И скоро – очень скоро – они решат: какого, понимаете ли, дьявола? Добрый, злой – разницы никакой. Лишим их сил поголовно и сделаем мир безопасным для всех милых и славных нормальных людей – тех самых, кто калечит, убивает, насилует. Серийных убийц, диктаторов, подвергающих геноциду собственные народы. Ведь все эти милые и славные нормальные люди куда лучше, куда удобнее, чем те, чьи силы способны их остановить! И вот тут, мисс Прайд, они явятся за мной. Вот тут они возьмутся за меня. Потому что из-за таких, как Джей, все будут думать, будто мутанты делятся на два вида: на злых, которых нужно остановить, и остальных, только и мечтающих – кто втайне, кто открыто – избавиться от своих сил. Поэтому, когда правительство начнет силой пихать эту сыворотку нам в глотку, мы не сможем сделать ни черта! Так может, вместо того, чтобы втирать мне эту чушь о единстве мутантов, вам лучше поискать способ спрятать всю эту школу под землю, чтобы никто не смог отыскать нас и лишить сил? – он повысил голос. – Теперь понятно?! Теперь до вас, черт побери, дошло?! Вы сами-то верите хоть одному слову из того дерьма, которое пытаетесь скормить мне?! А?! Верите?!
Ни слова не говоря, Китти поднялась и пошла прочь.
– Это и есть ответ, да?! – крикнул Эдвард ей вслед.