Несмотря на досадные обстоятельства, поставившие их всех в идиотское положение, Хэнк не смог сдержать улыбки. Он вовсе не жаждал играть роль дежурного по коридору, надзирающего за порядком в аду, и был дьявольски обижен на Логана со Скоттом – особенно на Скотта, – навязавших ему эту роль. Но если Скотт готов начать думать головой, а не чем пониже, и действовать как лидер, а не как тупой дебошир, то Хэнк был бы рад его выслушать.
Видя, что Хэнк уже не так зол, как прежде, Скотт слегка успокоился. Они с Хэнком пришли в эту школу раньше всех остальных в этой комнате. Только они здесь принадлежали к той изначальной команде, собранной воедино мечтами Чарльза Ксавье. Поэтому ему было так важно, чтобы именно Хэнк поддержал его новый замысел.
– Речь пойдет обо всем, – сказал Скотт. – Об истинном положении вещей. И о репутации. Мы спасаем мир – и даже не мир, а миры – раз за разом. Таково истинное положение вещей. Такова правда, – пара дельфинов принялась совокупляться возле его щиколотки. Он не обратил на них внимания. – Но наша репутация… Нас считают уродами – и это в лучшем случае. Нас считают такими же злодеями, как Магнето, только и ждущими удобного момента. По-моему, мы так давно зациклились на том, чтобы не дать себя уничтожить, что забыли о своей главной цели, – он встал и указал на восток, в сторону материка. – Забыли об остальном мире. Суть в следующем…
Обернувшись к остальным, он с удивлением обнаружил, что иллюзорный берег под их ногами принял нормальные размеры. Волны мягко накатывались на песок, едва не доставая до пальцев ног. Издали доносились громкие, пронзительные крики дельфинов. Он знал, отчего они кричат, и вдруг понял, что никогда больше не услышит подобных криков. Хэнк удовлетворенно кивнул и спрятал пульт.
– Все просто. Нам нужно повернуться к миру лицом. Спасать человеческие жизни, помогать ликвидировать последствия катастроф. Предстать перед людьми такой же командой, как и все остальные. Вспомните Мстителей, Фантастическую четверку – ведь за ними не гоняются по улицам с факелами и вилами…
– Ну, вот и до трико дошло, – негромко пробормотал Росомаха.
– Извини, Логан, – сказал Скотт, постаравшись выдержать сочувственный тон, но не больно в этом преуспев. – Супергероям положены костюмы. А черная кожа с ног до головы, честно тебе скажу, нервирует людей.
Китти снова подняла руку, задумчиво посмотрела на нее, опустила руку и сказала:
– Окей. Официально заявляю: я действительно – действительно! – не понимаю, зачем я здесь. Я – не боец. В отличие от вас, ребята.
– Ты много раз была в бою, малышка. Я бы когда угодно доверил тебе прикрывать мою спину.
Только Росомаха мог сделать комплимент так, чтобы он прозвучал, будто вынужденное признание.