Он промахнулся — струя красного света пронеслась над головой Снегга и тот, гаркнув: «Беги, Драко!» — повернулся к Гарри лицом; разделённые двадцатью ярдами, они мгновение смотрели друг другу в лицо, а затем одновременно подняли палочки.
—
Однако Снегг отразил заклинание, сбив Гарри с ног, прежде чем тот успел произнести его. Гарри покатился по земле, вскочил, и тут огромный Пожиратель смерти рявкнул за его спиной:
—
Гарри услышал, как что-то взорвалось, и всё вокруг залили отблески танцующего оранжевого пламени: это вспыхнула хижина Хагрида.
— Там же Клык, мерзкая ты… — взревел Хагрид.
— — снова выкрикнул Гарри, целясь в освещённую пляшущим светом фигуру впереди, но Снегг опять отразил заклинание; Гарри видел, как он насмешливо улыбается.
— Никаких непростительных заклятий, Поттер! — крикнул Снегг, перекрывая треск пламени, рёв Хагрида и вой запертого в доме Клыка. — Тебе не хватит ни храбрости, ни умения…
— — завопил Гарри, но Снегг почти ленивым взмахом руки отбил и это заклинание.
— Сражайся! — крикнул Гарри. — Сражайся, трусливый…
— Ты назвал меня трусом, Поттер? — прокричал Снегг. — Твой отец нападал на меня, только когда их было четверо против одного. Интересно, что бы ты сказал о нём?
—
— Опять отбито и будет отбиваться снова и снова, пока ты не научишься держать рот и разум закрытыми, Поттер! — ощерился Снегг. — Хватит! — крикнул он огромному Пожирателю, сражавшемуся за спиной Гарри. — Пора уходить, пока Министерство не обнаружило…
—
Гарри ещё не успел произнести заклинание, как его пронзила невыносимая боль; он упал на колени в траву, кто-то визжал; эта мука наверняка прикончит его; Снегг запытает его до смерти или до безумия…
— Нет! — взревел голос Снегга, и боль прекратилась так же мгновенно, как началась; Гарри лежал на тёмной траве, скорчившись, сжимая в руке волшебную палочку, задыхаясь, а где-то над ним Снегг кричал: — Вы что, забыли приказ? Поттер принадлежит Тёмному Лорду, мы должны оставить его! Уходим! Уходим!
Гарри почувствовал, как под его щекой задрожала земля, — это брат с сестрой, а с ними и огромный Пожиратель смерти послушно побежали к воротам. Гарри издал нечленораздельный вопль гнева, в этот миг ему было всё равно, останется он в живых или умрёт; заставив себя встать, он слепо заковылял в сторону Снегга, которого ненавидел теперь так же сильно, как самого Волан-де-Морта…
—
Снегг взмахнул палочкой, и заклятие опять ушло мимо цели, однако Гарри был уже в нескольких футах от своего врага и наконец увидел лицо Снегга очень ясно: на нём больше не было презрительной или глумливой улыбки — огонь озарял лицо, на котором остался один только гнев. Собрав в кулак всю свою способность к концентрации, Гарри подумал: «Леви…»
— Нет, Поттер! — завопил Снегг.