— Том, — снова раздался голос девушки, на этот раз совсем рядом; очевидно, всадники приблизились к дому. — Может быть, я ошибаюсь, но, по-моему, там кто-то прибил к двери змею?
— Господи, так и есть! — воскликнул мужской голос. — Это, должно быть, сын, я тебе говорил, что он не в себе. Не смотри туда, Сесилия, любимая.
Звон и топот снова начали стихать.
— — прошептал Морфин на змеином языке, глядя на сестру. —
Меропа побелела как полотно — Гарри был уверен, что она вот-вот упадёт в обморок.
— — сурово спросил Мракс, тоже на змеином языке, переводя взгляд с сына на дочь и обратно. —
— — прошипел Морфин, злобно уставившись на сестру, вид у которой теперь был испуганный. —
Меропа умоляюще замотала головой, но Морфин безжалостно продолжал:
—
— — тихо переспросил Мракс.
Все трое как будто позабыли про Огдена, который смотрел на них озадаченно и раздражённо — он ничего не мог разобрать в этих шипящих и скрежещущих звуках.
— — страшным голосом спросил Мракс, делая шаг или два к насмерть перепуганной девушке. —
Меропа отчаянно затрясла головой, вжимаясь в стену. Говорить она, похоже, не могла.
— — хрипло засмеялся Морфин. —
— — заревел Мракс, окончательно потеряв контроль над собой, и схватил дочь за горло.
Гарри и Огден одновременно закричали:
— Не смейте!
Огден поднял волшебную палочку и выкрикнул:
—
Мракса отбросило назад, он налетел на стул и шлёпнулся навзничь. Разъярённый Морфин с рёвом выскочил из кресла и кинулся на Огдена, размахивая своим окровавленным ножом и беспорядочно выстреливая заклятиями из волшебной палочки.
Огден бросился наутёк. Дамблдор дал знак, что нужно следовать за ним, и Гарри подчинился. Крики Меропы долго ещё звучали у него в ушах.
Огден как угорелый промчался по тропинке, прикрывая руками голову, и, выскочив на большую дорогу, врезался прямо в бок лоснящемуся гнедому коню, на котором ехал верхом очень красивый темноволосый молодой человек. И молодой человек, и девушка, ехавшая рядом с ним на серой кобыле, весело рассмеялись при виде Огдена, который отлетел от лошадиного бока и рысью побежал дальше, весь в пыли, с развевающимися фалдами сюртука.
— Достаточно, Гарри, — сказал Дамблдор.
Он взял Гарри за локоть и потянул. В следующий миг они взмыли в темноту, а потом снова приземлились в кабинете Дамблдора, где к этому времени наступили сумерки.
— Что стало с той девушкой из лачуги? — спросил Гарри, как только Дамблдор зажёг ещё несколько светильников при помощи волшебной палочки. — Меропа, или как там её звали?