— Именно так. Но в тот момент вы уже подключали к костюму не ее, а . И у вас не возникло ни малейшего подозрения. Тони Старк совершенно искренне был убежден, что его программа эволюционирует, что, вообще-то говоря, довольно смешно, учитывая то, насколько она еще сырая. Ну, я, по правде сказать, внесла несколько улучшений.
— Не стоит забирать все лавры себе, малышка, — ответил Тони, немного уязвленный словечком «сырая». — Это никак не помогло тебе не попасться на удочку Мандарина и его честной компании.
— Это да, — признала Пятница. — Кажется, теперь я себя чувствую так же глупо, как и вы. Я подвела Лиз, подвела дедушку и, кажется, отправила Железного Человека не в те руки.
Тони хихикнул.
— Ты слишком мягка к себе, Сирша. Тебе это все вовсе не кажется — ты совершенно точно передала Железного Человека не в те руки. Ты же должна была что-то слышать о Мандарине. Самый знаменитый из террористов нашего времени. Последние двадцать лет он засовывает палец почти в каждый пирог, начиненный взрывчаткой. Его не интересует урон, который он косвенно может нанести. На самом деле — чем больше трупов, тем веселее. Я его искал больше десяти лет. Несколько раз подходил близко, но он всегда ускользал.
— Я просто хотела спасти сестру, — сказала Сирша. — Мои намерения были самыми лучшими.
— Так говорит каждый обманутый олух.
— Особенно ценно слышать это от вас, мистер еще один олух.
В тот момент, когда оба заключенных осознали, что осыпать друг друга оскорблениями совершенно бесполезно, разговор закончился сам собой. Настоящей проблемой была заварушка, в которой они очутились, — думать об этом как о казалось оптимистичным. Конечно, больше это было похоже на суровое испытание и смертельную опасность, и сомнительным представлялось, что хоть кто-то из них выйдет отсюда живым и невредимым. Хуже того: их смерть казалась совершенно очевидным поворотом событий.
Настроение стало еще более мрачным, когда свет в их камере погас, оставив лишь жуткие отблески защитных мониторов мерцать на стенах. Тони, кажется, задремал, поэтому когда Сирша тихо заговорила, то Старку показалось, что ее голос проникает напрямую в его сны.
— Дедушка вырастил нас обеих. Меня и Лиз. На острове не осталось никого, кроме нас троих. Мой дедушка был особенным. Я думаю, вам, босс, он бы понравился. Немного выпендрежник, прямо как вы. Мы звали его Древний Моряк. Но настоящее его имя — Фрэнсис. Фрэнсис Тори. У него на этот остров были свои планы: он хотел превратить его в экологический рай. Лишь ветер да волны. Полное самообеспечение. Такие наполеоновские планы… Но мы выросли, веря в них. Через несколько лет школа закрылась, поэтому он продолжал учить нас на дому.