Чтение книги: Железный Человек. Латная перчатка

— Это что еще такое? — наконец спросил он, указывая куда-то в сторону головы сына.

— Пап, это вообще-то моя голова, — ответил Тони. — И этот допрос явно не укладывается в отведенные мне три минуты.

— Я не про твою голову, Тони. Я про штуку, которая у тебя . Ты что, стал носить парик?

— Парик?! — возмущенно переспросил юноша. — Брось, папа. Разве что немного геля для волос, но о парике и речи нет. И, между прочим, это по последней моде. Есть такая британская группа — , может быть, ты о них слышал?

— Нет, не слышал, — ответил Говард Старк и откинулся на спинку кожаного офисного кресла. — Современная музыка — это просто старая музыка, которую специально упростили для вашего тупого поколения. Хотя мне рассказали, что этот парень, губернатор, довольно неплохо играет на каком-то саксофоне. Попомни мои слова, когда-нибудь он станет президентом.

Когда выражения вроде «попомни мои слова» употребляют другие люди, это как ткнуть пальцем в небо — не стоит даже воспринимать подобное всерьез. Однако когда это говорит Говард Старк, это означает, что он собирается использовать все свои финансовые ресурсы и влияние, чтобы то, что он предсказывает, случилось, и вы можете ставить последний пенни на то, что он прав.

«Кажется, Мистер Арканзас даже не подозревает, что его ожидает», — подумал Тони.

Впрочем, лекция Говарда по поводу неподобающей укладки еще не была завершена.

— Я так понимаю, что эта прическа, которую тебе сделали, заняла не меньше часа, так? Значит, ты на протяжении часа, не переставая, любовался на себя в зеркало. Смотрел на , Тони. А ведь в это самое время ты мог бы смотреть на вещей.

— Вообще-то я именно этим и занимался, — заторопившись, ответил Тони, мечтая, чтобы лекция о стиле, наконец, закончилась, потому что отведенные ему три минуты были на исходе. — И я кое-что придумал.

Говард скрестил руки на груди и тихо фыркнул. Значение этого фырканья было понятным: «Я поверю, только когда увижу, что это».

«Ну что ж, сейчас ты все увидишь, старик, — подумал Тони. — Готовься, сейчас ты затрепещешь от восторга».

А еще он успел подумать, снимая рюкзак, что вскоре, когда он будет полноценным партнером отца, он сможет говорить такие вещи вслух.

Тони положил рюкзак на стол отца и расстегнул среднее отделение. Он аккуратно засунул руку внутрь, будто доставая новорожденного котенка, но в руках у него оказался не котенок, а небольшой самолет с носом, напоминающим картошку, и двумя парами низко посаженных крыльев с приклеенными к ним роторами.

— Я знаю, о чем ты подумал, — сказал он. — Модель аэроплана. Ничего особенного, не так ли? Но это нечто значительно большее, чем просто модель.

Тони был готов к тому, что ему не удастся впечатлить отца. Однако к чему он на тот момент не был готов — так это к тому, что его отец не будет выглядеть разочарованным. Или, что еще удивительнее — что он будет по-настоящему .

— Подожди-ка, — произнес Говард Старк, буквально выпрыгивая из кресла. — Минутку подожди, сынок.