Бильбо, страшно рассердившись, но и в замешательстве, побежал по коридору – такой нелепой среды он и не припомнит. Он рывком распахнул дверь, и они все упали, один на другого. Еще гномы, целых четверо! А за ними Гандалв, который опирался на свой посох и смеялся. Он сделал своим посохом отметину на прекрасной двери; но одновременно сбил знак, который оставил накануне утром.
– Осторожно! Осторожно! – сказал он. – Не похоже на тебя, Бильбо, заставлять друзей ждать на пороге, потом так неожиданно открывать дверь! Позволь представить тебе Бифура, Бофура, Бомбура и особенно Торина!
– К вашим услугам! – сказали Бифур, Бофур и Бомбур, становясь в ряд. Затем они повесили два желтых капюшона и один светло-зеленый; а также небесно-голубой с длинной кисточкой. Этот последний капюшон принадлежал Торину, невероятно важному гному. На самом деле это был не кто иной, как сам Торин Оукеншилд, которому совсем не понравилось, что он упал на пороге Бильбо, а на него навалились Бифур, Бофур и Бомбур. Особенно Бомбур, невероятно толстый и тяжелый. Торин был очень высокомерен и ничего не сказал об услугах; но бедный мистер Бэггинс столько раз извинялся, что Торин наконец буркнул «не стоит» и перестал хмуриться.
– Ну, теперь все на месте! – сказал Гандалв, оглядывая ряд из тринадцати капюшонов – лучших отстежных капюшонов для хождения в гости – и вешая свою собственную шляпу на колышек. – Какое веселое сборище! Надеюсь, опоздавшим найдется что поесть и выпить! Что это? Чай! Нет, спасибо! Я думаю, мне подойдет немного красного вина.
– И для меня, – сказал Торин.
– А еще малинового варенья и яблочный торт, – сказал Бифур.
– А также сладкого пирога и сыра, – сказал Бофур.
– Мясного пирога с салатом, – сказал Бомбур.
– И еще тортов и печенья… и эля… и кофе, если не возражаете, – один за другим говорили гномы.
– И будь добр, добавь несколько яиц! – крикнул Гандалв вслед убегавшему в кладовую Бильбо. – А еще прихвати холодных цыплят с помидорами!
«Похоже, он лучше меня знает содержимое моей кладовки!» – подумал мистер Бэггинс, который чувствовал себя совершенно сбитым с толку; ему начало казаться, что самое удивительное приключение уже перешагнуло порог его дома. К тому времени как он нагрузил большие подносы бутылками, и тарелками, и ножами, и вилками, и стаканами, и блюдцами, и ложками, и всем прочим, ему стало очень жарко, он раскраснелся и чувствовал себя раздраженным.
– Чтоб им объесться и обпиться, этим гномам! – вслух сказал он. – Почему они мне не помогут? – И не успел он это сказать, как у дверей кухни стояли Балин и Двалин, а за ними Фили и Кили, и не успел Бильбо произнести «нож», как они унесли подносы и несколько маленьких столиков в гостиную и все там расставили.