Чтение книги: Хоббит

Кубки они выковывали для себяИ золотые арфы; теперь они лежат там,Где не был ни один человек, и много песенБыло спето, не слышанных ни людьми, ни эльфами. Сосны шумели на вершинах,Ветры стонали ночью.Огонь покраснел, пламя распространялось;Деревья вспыхивали, как факелы. Колокола звонили в долине,И люди поднимали побледневшие лица;Гнев дракона, свирепей огня,Упал на их башни и хрупкие дома. Гора дымилась под луной;Гномы услышали поступь судьбы.Они бежали из своих залов, бежали от смерти,Которая была у них под ногами, под луной. Далеко за туманные мрачные горы,В глубокие темницы и тусклые пещерыДолжны мы уйти до рассвета дня,Чтобы отобрать у дракона наши сокровища,                                             наше золото! И в их песне хоббит ощутил любовь к прекрасным вещам, сделанным искусными руками и волшебством, почувствовал яростную и ревнивую любовь, желание, живущее в сердцах гномов. И тут в душе его проснулось что-то от Тука, и он захотел пойти и увидеть большие горы, и услышать шелест сосен и шум воды в водопадах, и исследовать пещеры, и носить не посох, а крепкий меч. Бильбо посмотрел в окно. На темном небе над деревьями видны были звезды. Он думал о драгоценностях гномов, сверкающих в темных пещерах. Неожиданно в лесу за водой вспыхнуло пламя – наверно, кто-то разжег костер, и Бильбо представил себе, как дракон опускается на его мирный Холм и поджигает его. Он вздрогнул и очень быстро снова стал просто мистером Бильбо Бэггинсом из Бэг-Энда, что под Холмом.Он дрожа встал. Бильбо не знал, что ему делать: то ли разжечь лампу, то ли спрятаться за бочками в погребе и сидеть там, пока не уйдут все гномы. Неожиданно он обнаружил, что музыка и пение смолкли, и теперь все смотрят на него сверкающими в темноте глазами.– Куда вы? – спросил Торин таким тоном, будто догадывался о колебаниях хоббита.– Нельзя ли принести лампу? – виновато спросил Бильбо.– Нам нравится темнота, – ответили гномы. – Тьма подходит для темных дел. До рассвета еще много часов.– Конечно! – согласился Бильбо и торопливо сел. Он промахнулся мимо стула и сел на решетку, со стуком уронив кочергу и совок.– Тише! – сказал Гандалв. – Пусть говорит Торин! – И Торин начал так.– Гандалв, гномы и мистер Бэггинс! Мы встретились в доме нашего друга и товарища по заговору, этого самого замечательного и смелого хоббита – да не выпадет шерсть на его ногах, и хвала его вину и элю! – Он замолчал, чтобы перевести дыхание и ожидая вежливого ответа хоббита, но бедный Бильбо Бэггинс не заметил всех этих комплиментов, он пытался возразить против того, чтобы его называли смелым и товарищем по заговору, но был так поражен, что не смог произнести ни звука. Поэтому Торин продолжал.– Мы встретились здесь, чтобы обсудить наши планы, наши пути, способы, политику и средства. Очень скоро, еще до рассвета, мы начнем наш долгий путь, путешествие, из которого кое-кто из нас, а может, и мы все (исключая нашего друга и советчика изобретательного колдуна Гандалва) можем никогда не вернуться.