Чтение книги: Убийство в «Восточном экспрессе»

Возьмите мой карандаш и попытайтесь нанести подобный удар. Пуаро поднял руку. – Précisément, – сказал он. – Я вас понял. Правой рукой это сделать очень трудно, почти невозможно. Пришлось бы бить сзади. А вот если удар наносился левой рукой… – Вот именно, месье Пуаро. Этот удар был, несомненно, нанесен левой рукой. – Так что, наш убийца еще и левша? Нет, всё не так просто, правильно? – Всё, как вы говорите, месье Пуаро. Большинство ударов наносились правшой – это очевидно. – Тогда их было двое. Мы опять возвращаемся к тому же самому, – пробормотал детектив. – А свет горел? – неожиданно спросил он. – Сложно сказать. Дело в том, что по утрам, в районе десяти часов, проводник сам отключает электричество. – Тогда давайте осмотрим выключатели, – предложил сыщик. Он внимательно осмотрел выключатель верхнего света и лампу для чтения у изголовья, которая закрывалась сферической крышкой. Верхний свет был выключен, а крышка на лампе для чтения была закрыта. – Eh bien, – задумчиво сказал бельгиец. – Теперь у нас появилась гипотеза о Первом и Втором убийце, прямо как у великого Шекспира[38]. Первый убийца несколько раз ударил жертву ножом и покинул купе, погасив свет. Второй убийца появился в темноте, не понял, что его – или ее – работа уже выполнена, и воткнул нож, по крайней мере дважды, в мертвое тело. Que pensez vous de ça?[39] – Великолепно! – с энтузиазмом воскликнул маленький доктор. Глаза сыщика блеснули. – Вы так думаете? Что ж, я рад. Хотя мне все это кажется глупостью. – А как еще можно все это объяснить? – Именно этот вопрос я и задаю сам себе. Это что, простое совпадение или нечто другое? И существуют ли какие-нибудь другие несостыковки, которые указывали бы на участие двоих людей? – Думаю, что могу ответить утвердительно. Как я уже говорил, некоторые из этих ударов указывают на слабость – или это отсутствие физической силы, или отсутствие моральной решительности. Слабые скользящие удары. Но вот этот удар или вот этот… – Врач опять указал на разрезы. – Для того чтобы их нанести, нужна недюжинная сила. Они пробили мышечный каркас. – И вы считаете, что их нанес мужчина? – уточнил Пуаро. – Почти наверняка – да. – Женщина этого сделать никак не могла? – Молодая, здоровая, атлетическая женщина, особенно находящаяся в состоянии аффекта, могла бы – но, на мой взгляд, это невероятно. Несколько минут Пуаро молчал. – Вы меня понимаете? – взволнованно переспросил врач. – Абсолютно, – ответил детектив. – Дело на глазах становится все проще и проще! Убийца – очень сильный мужчина, и в то же время совсем чахлый, и вообще он женщина, да к тому же левша, которая почему-то пользовалась правой рукой… Ah! c’est rigolo, tout ça![40] А что же в это время делает убитый? – В голосе Пуаро неожиданно послышался гнев. – Он что, кричит? Сопротивляется? Пытается себя защитить? Засунув руку под подушку, маленький бельгиец достал автоматический пистолет, который Рэтчетт показывал ему накануне. – Видите, полностью заряжен, – обратился он к врачу. Они еще раз осмотрелись.