Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

– Это полный бред, – вскричал я. – Черт подери, я вовсе не дрочил при них! Просто подергал за член пару раз и шлепнул им о живот, чтобы услышать звук. Вот и все. Что тут такого особенного? Там, откуда я родом, мужчина, увидев член другого мужчины, не бежит жаловаться мамочке, – я покачал головой. – Я же просто дурачился. С того самого дня, как я очутился здесь, у меня все время стоит. Наверное, мой член наконец просыпается от наркотической комы. Но раз это всех так беспокоит, я буду держать змея в клетке. Подумаешь…

Она кивнула.

– Вы должны понять, что травмировали других пациентов. Их реабилитация сейчас висит на волоске, и любое внезапное потрясение может бросить их обратно в объятия наркотиков.

– Как вы сказали – «травмировал»? Да кончайте вы чушь-то городить! Вам не кажется, что вы слишком на меня налегаете? В смысле… Боже! Мы же о взрослых мужчинах говорим! Как их мог травмировать вид моего члена? Но, конечно, если кому-то из них вдруг захотелось его пососать… Может, в этом проблема?

Она пожала плечами.

– Трудно сказать.

– Ну так я сам вам скажу – никого я не травмировал. Это была мужская шутка в мужской компании, вот и все. Единственная причина, по которой они меня сдали, – это желание продемонстрировать, что они излечились, или реабилитировались, или как вы там это называете. Они же пойдут на что угодно, чтобы вернуть свои гребаные лицензии, так ведь?

Доктор кивнула.

– Само собой.

– Ах, так вы в курсе?

– Да, конечно, я в курсе. И тот факт, что они все на вас донесли, заставляет меня всерьез усомниться в том, что их собственная реабилитация продвигается успешно. – Она улыбнулась, словно желая сказать: «Ничего страшного». – В любом случае, это не отменяет того факта, что ваше собственное поведение было неуместным.

– Ладно, – пробормотал я. – Больше не повторится.

– Вот и хорошо, – сказала врач, протягивая мне лист бумаги с каким-то текстом. – Подпишите, пожалуйста, вот этот бихевиоральный контракт. Там написано лишь, что вы обязуетесь больше не обнажаться на публике. – И она протянула мне ручку.

– Да вы смеетесь!

Доктор отрицательно покачала головой. Читая контракт, я просто хохотал. В нем было всего несколько строк, и в них слово в слово говорилось то, что она мне уже сказала. Я пожал плечами и подписал бумагу, а потом поднялся со стула и направился к двери.

– И это все? – бросил я по дороге. – Дело закрыто?

– Да, закрыто.

Но я вернулся на сеанс терапии со странным чувством, что это еще не конец. Уж очень странный народец эти ваши тэлботские марсиане.

На следующий день снова было групповое собрание. Все сто пять марсиан и десяток сотрудников центра снова расселись в огромный круг в большом зале. Отчетливо ощущалось лишь отсутствие Дага Тэлбота.

Что ж, я закрыл глаза и подготовился к занудной говорильне. Через десять-пятнадцать минут, уже почти уснув, я вдруг услышал свое имя:

–…Джордан Белфорт, которого многие из вас знают…