– О, вы даже представить себе не можете, на что она способна! – я выразительно округлил глаза. – На самом деле она сильная, как бык. Знаете, сколько раз она избивала меня до полусмерти? А уж что она вытворяет в воде! – хохотнул я. – Только не поймите меня неправильно, парни. По большей части я это заслужил. Нет, конечно, я был без ума от этой девчонки, но назвать меня примерным супругом… И все же я считаю, она должна была меня навестить. Приди она сюда, я бы уже давно проходил эту самую реабилитацию. А вот теперь я с места не сдвинусь, потому что мне не нравится, когда моя собственная жена обращается со мной как с каким-то гребаным пленником.
– Держу пари, она собиралась прийти, – возразил Толстяк Брэд. – Наверняка это Мэйнард ее отговорил.
– Похоже, – кивнул я. – По мне, так он просто урод. Ничего, как только все это закончится, попрошу кого-нибудь из приятелей потолковать с ним по душам.
Оба клоуна немного смутились и предпочли не развивать эту тему.
– Могу я вам кое-что предложить? – спросил Щитовидка.
– Валяйте, конечно, почему нет? – кивнул я. – Вы, ребята, сразу пришлись мне по душе. Не то что тот, вчерашний.
Щитовидка улыбнулся. После чего, опасливо оглянувшись по сторонам, словно боялся, что кто-то может услышать, нагнулся к самому моему уху.
– Может, сделаем так? – заговорщически понизив голос, предложил он. – Мы сейчас договоримся, чтобы вас выписали, потом отвезем вас в Атланту, в реабилитационный центр. Вам точно понравится – никаких комнат с мягкими стенами, никаких решеток на окнах, ничего такого. Роскошный номер и куча докторов, которые прыгают вокруг вас на задних лапках.
– Точно, – угодливо поддакнул Толстяк Брэд. – А как только вы попадете в Джорджию, закон Бейкера уже не будет действовать и вы окажетесь на свободе. Просто предупредите пилота, чтобы он пока не покидал аэропорт. Не понравится в реабилитационном центре – просто уйдете оттуда.
– Нет, вы, ребята, молодцы! – захохотал я. – Пытаетесь воззвать к моей жуликоватой натуре?
– Просто вы тоже нам нравитесь. Вы славный парень, Джордан. И заслуживаете того, чтобы жить, а не сдохнуть с трубкой для крэка в руках. А это непременно случится, если вы не завяжете с этой дрянью. Поверьте мне на слово. Знаю по собственному опыту.
– Вы тоже бывшие торчки, да? – догадался я.
– Да, оба, – подтвердил Щитовидка. – Я в завязке одиннадцать лет, Брэд – почти тринадцать.
– Парни, как такое вообще возможно? Я бы с радостью завязал, но не могу. Если честно, я не то что тринадцать лет – и дня бы не продержался.
– Вы тоже сможете, – твердо сказал Щитовидка. – Может, и не тринадцать лет, но готов поспорить, что до вечера-то вы точно продержитесь.
– Ну, до вечера-то, может, и продержусь, – хмыкнул я, – но точно не дольше.