Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

Доктор, приоткрыв от ужаса рот, словно примерз к полу. Неудивительно, он же еще не имел чести быть представленным Герцогине Бэй-Риджской.

– Какого черта вы ждете?! Идите! – рявкнула она.

Доктор, машинально кивнув, ринулся к кроватке, на которой лежал Картер, схватил крохотную ручонку и принялся лихорадочно искать вену.

И вдруг у меня зазвонил мобильник.

– Да, – безжизненным голосом сказал я в трубку.

– Джордан, это Барри Грин. Только что получил твое сообщение. Мне очень жаль. Послушай, они уверены, что речь идет о бактериальной инфекции?

– Да, – ответил я. – Уверены. Сейчас как раз пытаются поставить ему капельницу, сказали, что станут накачивать его антибиотиками. Но Картер как будто с ума сошел – извивается, визжит, размахивает руками, брыкается…

– Так-так-так, – перебил меня Барри Грин. – Руками, говоришь, размахивает?

– Ну да. Говорю же, он словно бешеный – с той самой минуты, как им удалось сбить температуру. Как будто малыш одержим дьяволом, честное слово!

– Спокойно, Джордан. Успокойся. Нет у твоего сына никакого менингита – ни вирусного, ни бактериального. Потому что если бы он был, то черта с два им удалось бы сбить ему температуру. И сейчас он бы не брыкался, а лежал, как бревно. Скорее всего, парнишка просто сильно простудился. У малышей в этом возрасте частенько вот так вдруг подскакивает температура. Не переживай, думаю, к утру он уже оклемается.

Я пришел в бешенство. Как у него язык поворачивается с такой непостижимой легкостью дарить нам надежду, которая может не сбыться? Он ведь даже не видел Картера! Да и пункция дала положительный результат – врачи сказали, что трижды все проверили. Я сделал глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки.

– Послушай, Барт, я понимаю, что ты стараешься поддержать меня, и поверь, я очень тебе благодарен. Но результаты спинномозговой пункции подтверждают, что у него…

Но Барт снова не дал мне договорить.

– Плевать мне на то, что там говорят эти уродские анализы! Голову даю на отсечение, что они там опять что-то напутали с образцами! Вечно одна и та же история – привыкли иметь дело с переломами да огнестрельными ранениями, а чуть что посложнее, так мигом садятся в лужу. То, что они тебе рассказывают, просто ни в какие ворота не лезет! Вопиющая некомпетентность!

Я услышал в трубке тяжелый вздох.

– Послушай, Джордан, ты ведь знаешь, что я каждый день имею дело со спинальным параличом, так что мне не впервой сообщать дурные новости. Но то, что я услышал от тебя… у меня просто слов нет! Мать вашу, твой малыш всего лишь простудился! Поверь мне!

Я был потрясен. Сказать по правде, я в жизни своей не слышал, чтобы Барт Грин употреблял подобные выражения – вплоть до этого дня. Возможно ли, чтобы он оказался прав? Мог ли он, сидя у себя во Флориде, поставить более точный диагноз, чем целая команда врачей, в распоряжении которых было самое современное оборудование? Я молчал.

– Передай трубку Надин! – непререкаемым тоном потребовал Барт.

Я сунул телефон Герцогине: