Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

Я посмотрел на Стива – тот весь как-то осел в своем кресле. Одна только мысль о том, что марка «Стив Мэдден» – его собственное имя! – может ассоциироваться со словосочетанием «блошиный рынок», буквально вышибла из него дух. Я перевел взгляд на Джона. Тот сидел в кресле, подавшись вперед, словно изготовившись прыгнуть на Эллиота и задушить его. Потом я посмотрел на Гэри. Его лицо оставалось безучастным.

– Вашей конечной целью, – продолжал Эллиот, – должна стать патентная защита и лицензирование марки «Стив Мэдден». Тогда вы сможете вообще ничего не делать, а только получать роялти. В первую очередь вы должны лицензировать аксессуары – ремни и сумочки, потом спортивную одежду, джинсы и солнечные очки, потом все остальное… и наконец – духи. Вот уж где можно получить хорошую прибыль!

Но вы никогда этого не добьетесь, если Джон всегда все будет делать по-своему. Не обижайся, Джон, такова реальность. Ты мыслишь с позиций сегодняшнего дня, когда вы сверхпопулярны. Но популярность не вечна. В один прекрасный день продажи упадут, и окажется, что твои склады забиты никому не нужной обувью, которая вышла из моды и которую никто не хочет носить – разве что нищеброды, живущие в трейлерах.

Тут вмешался Стив:

– Именно об этом я и говорю, Эллиот. Если я позволю Джону сделать так, как он хочет, мы в конечном счете окажемся с забитыми складами и без единого цента на банковских счетах. Я не хочу стать банкротом.

– Все очень просто, – засмеялся Эллиот. – Даже не зная много о твоем бизнесе, я готов держать пари, что основную прибыль приносят три-четыре твоих модели. И это вовсе не те нелепые туфли на девятидюймовых каблуках, с металлическими шипами и застежками-молниями. Такая обувь разработана специально ради имиджа – дескать, ты молодой, классный и прочая ерунда. Но в реальности мало кто покупает такую (тут он употребил крепкое еврейское словечко) обувку, кроме, может быть, каких-то фриков из Гринвич-виллидж… ну, или из вашего собственного офиса. На чем вы реально делаете деньги, так это на нескольких основных моделях, таких как «Мэри Лу» и «Мэрилин», разве не так?

Я взглянул на Стива и Джона. Оба наклонили головы набок, поджали губы и широко раскрыли глаза. Спустя несколько секунд молчания Эллиот сказал:

– Я принимаю ваше молчание как знак согласия.

– Ты прав, Эллиот, – сказал наконец Стив. – Не так уж много мы продаем этой фриковой обуви, но именно ею мы славимся.

– Так и должно быть, – быстро отозвался Эллиот, который шесть недель назад не мог членораздельно произнести даже двух слов. – Это та же самая история, что и с одеждой. В Милане на подиумах можно увидеть самые безумные дизайнерские наряды, но их никто не покупает. Зато они создают нужный имидж.