Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

– Я спрашивал… ну, этих людей из казино, – ответил Дуболом, чей мозг не мог усвоить таких слов, как дилер, крупье или даже администратор, – и они сказали, что он президент какой-то крупной компании по производству одежды.

Спустя две минуты я смотрел на этого молодого бизнесмена, не веря своим глазам. Теперь уже трудно сказать, что поразило меня больше – вид ослепительно молодого Эллиота, который не только делал ставки по десять тысяч долларов, но и занимал весь стол для игры в очко и играл за семерых, а значит, в каждой игре рисковал семьюдесятью тысячами долларов, – или вид его жены Эллен, которой на вид было не больше тридцати пяти, но она выглядела как чрезвычайно богатая и одновременно чрезвычайно изможденная женщина, и я таких раньше никогда не видел.

Я был сражен наповал. Я смотрел на этих двух необыкновенных людей добрых пятнадцать минут. Они казались крайне странной парой.

Эллиот прекрасно выглядел. У него были густые каштановые волосы до плеч. Он обладал невероятным чувством стиля. Он мог бы расхаживать в подгузнике и галстуке-бабочке, и каждый счел бы это последним криком моды.

Она была совсем другой – маленького роста, с худым лицом, тонким носом, ввалившимися щеками, обесцвеченными волосами, загорелой жесткой кожей, слишком близко посаженными глазами и донельзя худым телом. Я подумал, что она, должно быть, очень интересная личность – любящая супруга высочайшей пробы, во всем поддерживающая своего мужа. Иначе почему этот красивый молодой мужчина, игравший с хладнокровием и щегольством агента 007, женился на ней?

Я слегка ошибался.

На следующий день мы с Эллиотом случайно встретились у бассейна. Коротко обменявшись обычными любезностями, мы стали обсуждать, чем каждый из нас зарабатывает на жизнь, сколько именно зарабатывает и как достиг сегодняшнего положения.

Эллиот, как выяснилось, был президентом «Перри Эллис», одной из компаний Швейного квартала[17], специализировавшейся на дорогой мужской одежде. Он не был владельцем этой компании, которая, в свою очередь, сама являлась филиалом открытого акционерного общества «Салант», акции которого торговались на Нью-Йоркской фондовой бирже. По сути Эллиот был наемным служащим на жалованье. Когда он сказал, какая у него зарплата, я чуть не упал с кресла – всего миллион долларов в год плюс небольшая премия в несколько сотен штук в зависимости от прибыли. Это была пустяковая сумма – и это с его-то любовью к высоким ставкам в азартных играх. Собственно говоря, каждый раз, когда он садился играть в блэк-джек, на кону была его зарплата за два года. Я не знал, как к этому отнестись – с восхищением или с презрением. Потом все же выбрал восхищение.