Бог ты мой! Мое единственное спасение – свихнувшийся агент ФБР, у которого руки чешутся выстрелить в человека?
– Так что все не так уж плохо, друг, – продолжал тем временем Бо. – Этот Коулмэн не из тех, кто станет фабриковать против тебя доказательства и грозить твоим стрэттонцам пожизненным заключением. Он не станет также терроризировать твою жену, но…
– Терроризировать мою жену? – перебил я. – Что ты хочешь этим сказать? Как они могут втянуть в это Надин? Она не сделала ничего плохого, если не считать того, что тратит много денег. – Одна только мысль о том, что Надин может оказаться под колпаком ФБР, привела меня в небывалое отчаяние.
В голосе Бо появились нотки психиатра, уговаривающего своего пациента не прыгать с крыши:
– Успокойся, друг. Коулмэн не из тех, кто развязывает тотальную травлю. Я только хотел сказать, что нередко агенты давят на мужей, преследуя их жен. Но это невозможно в твоей ситуации, потому что Надин никаким боком не причастна к твоему бизнесу, правда?
– Разумеется, непричастна! – возмущенно подтвердил я, быстро припоминая все основные сделки, чтобы еще раз убедиться в том, что сказал правду. Увы, я, кажется, ошибся. – Ну, честно говоря… я провел пару сделок на ее имя, но там не было ничего серьезного. Я бы так сказал: за ней, в общем и целом, ничего нет. И я ни за что не допущу, чтобы ее втягивали в это дело, Бо. Скорее я признаю себя виновным, и пусть меня упрячут на двадцать лет, чем позволю им предъявлять обвинения моей жене.
– Как и любой настоящий мужчина, – медленно кивнул Бо. – Я к тому, что им это отлично известно, и они могут расценивать это как твое слабое место. Опять же, мы тут опережаем события. Следствие пока что в самом начале и пока больше похоже на поиск хоть каких-нибудь «жареных» фактов. Если тебе повезет, Коулмэн наткнется на что-нибудь еще, не связанное с тобой, и тогда у него пропадет к тебе всякий интерес. Просто будь осторожен, друг, и все будет в порядке.
– Можешь на это рассчитывать, – кивнул я.
– Вот и хорошо. Ну, Барсини будет здесь с минуты на минуту, так что давай повторим несколько основных правил. Во-первых, ничего не говори о своем деле. Об этом не сейчас. Сегодня встречаются друзья, чтобы весело поболтать о том о сем. Ни слова о следствии или о чем-нибудь в этом роде. Сегодня твоя задача завязать с ним приятельские отношения. И помни, мы здесь не за тем, чтобы попытаться заставить этого парня дать тебе информацию, которую он не имеет права разглашать, – Бо в очередной раз энергично потряс головой. – Правда состоит в том, что, если Коулмэну и впрямь втемяшится в башку засадить тебя, Барсини ничего не сможет сделать. И только в том случае, если у Коулмэна нет на тебя ничего серьезного и он лишь валяет дурака, Барсини может сказать: «Послушай, я знаю этого парня. Он не так уж плох, почему бы тебе не оставить его в покое?»