Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

В брокерском бизнесе правильнее вести игру на понижение, что дает возможность иметь наличность в изобилии. Разумеется, будут потери, когда цены станут расти, но это что-то вроде оплаты страховки. Управляя торговым счетом «Стрэттон», я позволял фирме нести постоянные потери в ежедневных сделках, что обеспечивало ей сохранение большого объема наличных средств и готовность обогатиться в день новой эмиссии. Короче говоря, я терял по миллиону долларов в месяц, играя на понижение, но это давало возможность получать десять миллионов в месяц, работая в секторе первичного размещения акций. Для меня это было столь очевидным, что я и представить себе не мог, чтобы кто-то работал по-другому.

Вопрос заключался в том, клюнут ли на мою приманку Дуболом с Китайцем, или Виктор раскусит всю опасную нелепость игры на повышение? Даже Дэнни, которому ума было не занимать, так и не понял до конца эту идею – или понял, но был таким прирожденным авантюристом, что охотно подверг бы благополучие фирмы серьезному риску ради нескольких лишних миллионов. Сказать наверняка было невозможно.

– По правде говоря, – вступил в разговор Дэнни, обращаясь ко мне, – поначалу я всегда сильно нервничал, когда ты долго держался на длинной позиции[12], но со временем… когда я увидел, какова дополнительная прибыль, – он покачал головой, словно подчеркивая значимость сказанной чепухи, – ну… это что-то невероятное. Но тут и впрямь нужно иметь немалую выдержку.

– Да, – подтвердил дебил Кенни, – именно так мы сколотили целое состояние. Так и надо делать, Вик.

Какая ирония судьбы! Прошло столько лет, но Кенни так и не разобрался, как мне удается удерживать «Стрэттон» на пике финансового процветания, несмотря на все новые проблемы. Я никогда не играл на повышение – ни разу! За исключением, разумеется, дня новой эмиссии, когда игра на повышение велась в течение нескольких тщательно выбранных минут, когда цены на акции стремительно взлетали. При этом я всегда знал, что вот-вот и все остальные бросятся покупать эти бумаги, и цена тут же упадет.

– Рисковать по жизни для меня не проблема, – важно сказал Виктор, – именно умение рисковать отличает мужчину от мальчика. Если я буду уверен, что акции растут, вложу в них последний цент. Кто не рискует, тот не пьет шампанского, так ведь?

С этими словами морда панды улыбнулась, и глаза снова исчезли в складках жира.

– Вот именно, Вик, – кивнул я. – И еще, если когда-нибудь у тебя возникнут проблемы, я всегда готов поддержать тебя и помочь встать на ноги. Считай меня своим страховым полисом.

Мы снова подняли бокалы и выпили под очередной тост.