Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

Этот совет Роланда вдруг отозвался в моем мозгу зловещим напоминанием о призраках шести миллионов убиенных евреев – призраках, бродящих по улицам Цюриха и Женевы в поисках своих швейцарских банкиров. Хотя, должен признать, Роланд производил впечатление человека, который в аналогичном случае поступил бы по совести. Впрочем, откуда взялась у меня такая уверенность? Мне ли – Волку в овечьей шкуре – было не знать, насколько обманчивой бывает внешность? Пожалуй, я мог бы рассказать о ячейке своему отцу – или, еще лучше, отдать ему запечатанный конверт с условием открыть его только в случае моей безвременной кончины (вероятность таковой, учитывая мое пристрастие к дайвингу и пилотированию вертолетов под кайфом, совершенно не исключалась).

Я решил оставить все эти тревожные мысли при себе.

– Я предпочел бы второй вариант – по целому ряду причин. И несмотря на тот факт, что я никогда не получал повестки из министерства юстиции, думаю, все же резонней хранить все мои документы за пределами его юрисдикции. Как вы, возможно, догадываетесь, все мои проблемы связаны с нарушением гражданского законодательства, но никак не с уголовщиной. Я – законопослушный бизнесмен, Роланд. Я хочу, чтобы вы это сознавали. Я всегда стремлюсь поступать правильно. Но дело в том, что многие американские законы о ценных бумагах неоднозначны, допускают двоякое толкование; они не являются ни абсолютно логичными, ни совершенно бессмысленными. Скажу вам честно, Роланд: во многих случаях (а на самом деле в большинстве) это спорный вопрос – нарушен закон или не нарушен.

Что за бред я несу! Но как же красиво все это звучит! И я продолжил:

– Иногда я получал пинки за то, что считал совершенно законным. Справедливо или несправедливо, но это – данность. Я могу сказать, что большинство моих проблем напрямую связаны с плохо проработанными законами – законами, предназначенными для выборочного применения к тем лицам, которых власти надумают преследовать.

Роланд рассмеялся:

– О, mon ami, вы неподражаемы! Какой замечательный взгляд на вещи! Пожалуй, мне никогда прежде не доводилось слышать, чтобы кто-либо выражал свою точку зрения в такой захватывающей, увлекательной манере! Великолепно! Просто великолепно!

Я хмыкнул в ответ и сказал:

– Что ж, от такого человека, как вы, я воспринимаю эти слова как комплимент. Не буду отрицать, что время от времени – как и любой предприниматель – я несколько перехожу за черту и иду на риск. Но все риски я, как правило, просчитываю. Добавлю – тщательно просчитываю. И каждый риск у меня всегда уравновешивается документами, под которые не подкопаешься. Они обеспечивают мне правдоподобное алиби. Полагаю, вам знаком этот термин?

Роланд медленно кивнул головой, явно зачарованный моим талантом сходу придумывать оправдания любым нарушениям любых когда-либо изобретенных законов. Только невдомек ему было, что Комиссия по ценным бумагам и биржам уже разрабатывала новые законы в попытке меня остановить.

Меня несло: