Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

– Несмотря на мою привычку жить на широкую ногу, я все же считаю свои личные траты довольно скромными. А мы с вами, Жан, обсуждаем миллионные сделки. Не думаю, что дебетовая карта – так мы называем эту штучку в США – нам сильно поможет. Нет ли иных способов, которые позволят оперировать с более крупными суммами?

– Конечно, есть. Еще один широко практикуемый способ – заложить дом, причем себе же самому. Другими словами, месье Фрэнкс создаст компанию, выпускающую акции на предъявителя, и затем переведет деньги с одного из ваших швейцарских счетов на счет этой компании. После этого он подготовит залоговые документы, которые вы подпишете и получите деньги. У этого способа есть два плюса. Во-первых, вы сами назначите себе процент, который будет начисляться в любой стране, которую вы выберете для создания своей иностранной компании. В настоящее время мсье Фрэнкс отдает предпочтение Британским Виргинским островам; там очень легко относятся к документам. Ну и конечно, там не придется платить подоходный налог. Второй плюс – особенности налогового законодательства Соединенных Штатов. Ведь в вашей стране платежи по закладной вычитаются из налогооблагаемой суммы.

Я прокрутил все это в голове и вынужден был признать, что придумано очень умно. Однако этот способ показался мне еще более рискованным, чем вариант с дебетовой картой. Если я заложу свой дом, то это будет документально зафиксировано в Олд-Бруквилле, и агентам ФБР останется только съездить туда и затребовать копию акта. А получив ее, они бы сразу увидели, что дом заложен иностранной компании. Вот вам и красная тряпка для быка!

Похоже, это была самая трудная часть игры. Положить деньги на счет в швейцарском банке было легко и обезопасить себя от расследования – тоже. Но перевести деньги назад в США, не оставив письменных следов, на поверку оказывалось очень трудно.

– Кстати, – спросил Жан, – а как зовут женщину, которую вы приведете в банк?

– Ее зовут Патриция; Патриция Меллор.

Сорель опять улыбнулся своей заговорщицкой улыбкой и сказал:

– Красивое имя, друг мой. Неужели женщина с таким именем способна нарушить закон?

Через час мы с Сорелем вышли из гостиничного лифта на четвертом этаже и направились по коридору к номеру Дэнни. Как и в лобби, ковролин в коридоре выглядел потертым, а его палитра угнетала таким же унылым сочетанием цвета желтой собачьей мочи и розовой отрыжки. Зато двери были шикарные и совсем новые, темно-коричневого ореха, и ослепительно сверкали. Любопытное противоречие, подумалось мне. Возможно, именно это и называется «старосветский шарм»?

Когда мы подошли к сверкающей двери номера Дэнни, я сказал: