Чтение книги: Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Норвудское дело

Возможно, он рассудил, что племянник тоже либо умер, либо никогда не вернется в Англию, так что ничего плохого не случится, если…– Вы сейчас пытаетесь его выгораживать.– Потому что сама очень зла на него. Чем бы это ни было с его стороны – небрежностью или умыслом, в любом случае, спустя столько лет, это обернулось большой проблемой. Дело в том, что он вступил в брак с нашей матерью еще в Калькутте больше тридцати лет назад. С тех пор точно неизвестно, удочерил ли он нас с Джулией официально.– Раньше вы не интересовались этим вопросом?– Нет, поскольку в этом не было нужды. Я не сомневалась, что мы с сестрой единственные наследники. А теперь и спросить некого.– Но должны же остаться какие-то документы?– Здесь, если что и было, то утеряно еще со времен нашего переезда из Лондона в Суррей. Придется посылать запрос в Индию. Если и там ничего не обнаружится, сказать определенно, чьи шансы лучше – приемной дочери или двоюродного родственника, сейчас никто не возьмется. Ситуация настолько запутанная, что наш поверенный, мистер Диффендер, сказал, что разбирательство может выйти долгим, и исход его совершенно не ясен. И вот тогда-то я вспомнила про вас.– Напомните, пожалуйста, финансовую сторону дела.– По завещанию нашей матери мы с Джулией после замужества должны были унаследовать по трети дохода от ее бумаг. После смерти отчима в нашу собственность переходила оставшаяся треть и – по линии Ройлоттов – их родовое имение Сток-Моран, тот самый дом с куском прилегающей земли, где вы…– Да, я прекрасно помню это место. А доход вашей матери..?– На тот момент он составлял семьсот пятьдесят фунтов в год.– До замужества любой из вас с сестрой ваш отчим владел всем имуществом, включая деньги?– Верно. Согласитесь, весьма выгодное завещание.– Еще бы! Уже ради этого стоило повстречать вашу матушку. Лично я все больше склоняюсь к мысли, что ваш отчим, не зная толком ничего о судьбе своего брата и его семьи, решил скрыть от вашей матери сам факт его существования, чтобы склонить ее составить такое завещание. Но в итоге, насколько я помню, лично для вас все завершилось наилучшим образом?– И я всегда находила это справедливым, – внезапный разворот к самооправданию поколебал и без того изрядно потрепанное душевное равновесие Элен, так что в тоне ее послышался вызов, но выражения наших лиц сулили самое теплое участие, и она продолжила уже спокойнее. – Но вы правы. Я получила не только положенную мне долю, я получила все. В том числе и Сток-Моран. Так уж вышло.– Поскольку ваша сестра тоже скончалась, – заключил Холмс.– Верно. За два года до отчима.– Благодарю вас, теперь я все вспомнил. И с чем же к вам заявился мистер Файнд?– Он сказал, что новоявленный мистер Ройлотт совсем недавно вернулся в Англию и уже здесь узнал о смерти своего двоюродного дяди. Он очень опечалился тем, что родовое поместье ушло в чужие руки.– Он имел в виду ваши руки, или вы продали Сток-Моран?– Мне пришлось это сделать. Дом был заложен и вдобавок ветшал на глазах.