Чтение книги: Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Норвудское дело

– Что ж, – заключил его светлость, вытягивая себя упором локтей в подлокотники откуда-то из-под стола, куда успел сползти за те полтора часа, что Холмс зачитывал наизусть суду нашумевший рассказ. – Как хорошо, что я задал вам вопрос насчет дополнений и поправок! Вон сколько их набралось!

– Милорд, – поднялся оправившийся от смятения адвокат истца, – налицо удивительнейший, я бы даже сказал вопиющий, факт саморазоблачения. Свидетель добровольно на корню изменил свои показания, тем самым признавшись в лжесвидетельстве, совершенном им четыре года назад.

– Я категорически не согласен с такой формулировкой, – заявил в ответ Холмс. – В моих показаниях следователю зафиксировано, что посреди ночи я услышал крик из комнаты доктора и, вбежав к нему, увидел его мертвым со змеей на голове. И что с помощью плети я зашвырнул змею в несгораемый шкаф. Это же самое в точности я подтверждаю и сейчас. Я лишь дополняю свои показания пояснением причин, вызвавших такую ситуацию.

– Иными словами, вы признаете, что умолчали о них, когда вас допрашивал следователь? – все тем же возмущенным тоном предложил Холмсу довершить мысль мистер Файнд.

– Я отвечал на вопросы. Если вы действительно ознакомились с протоколом допроса, вам не составит труда заметить, что вопросы по поводу того, почему раздался крик, почему змея оказалась на голове доктора, а не в шкафу, и не хлестал ли я случайно тростью по шнуру фальшивого звонка вместо того, чтобы спокойно сидеть на краю кровати… так вот подобных вопросов мне никто не задавал. Угадывать направление мыслей инспектора, а также, что именно ему для этого может пригодиться, я не обязан.

– И, тем не менее, располагая такой важной, как вы сами, безусловно, понимали, информацией, вы могли по собственной инициативе поделиться ею с полицией, – с укоризной заметил сэр Уилфрэд. – Неужели вы не осознавали, насколько этим помогли бы расследованию? Посильное содействие следствию – обязанность свидетеля.

– Милорд, позвольте вопрос свидетелю! – подскочил мистер Файнд и продолжил едва ли не вперед кивка сэра Уилфреда. – Мистер Холмс, хорошо известная вам мисс Стоунер – та самая, на чью жизнь, по-вашему, покушались! – совершенно однозначно показала коронеру, что ее отчим был занят научными исследованиями, для чего и держал у себя это животное. То есть змея являлась материалом или средством для работы, а не орудием преступления.

– Я не вижу противоречия между показаниями мисс Стоунер, в последствии миссис Армитедж, и собственными, – в том же спокойном духе отвечал Холмс. – Она показала то, что знала, то есть, что доктор Ройлотт счел нужным ей сообщить, но это было только частью правды. Почему исследователь не может при определенных обстоятельствах выступить злодеем? Неизвестно, что именно он исследовал.

– По всей видимости, свойства змеиного яда.

– Да, но какие именно свойства его интересовали? Лечить или убивать? Интересовали, замечу, в ситуации, когда он мог лишиться значительной части дохода.